Мне закон по барабаном

| | 0 Comment

«В России нет закона, чтобы задерживать уличных музыкантов»

Кто и почему выходит играть на улицу, кто такие аскеры и зачем они нужны музыкантам, почему в Петербурге постоянно поют Цоя — на эти вопросы ответил «человек-оркестр» Михаил Каретко.

17:00, 20.12.2015 // Росбалт, Петербург

Зима — не сезон для уличных музыкантов. Но играть приходится круглый год. Жизнь уличного артиста сурова: холода, полицейские рейды (иногда и штрафы), постоянная смена дислокации, дележка территории с «коллегами», да еще и экономический кризис. Кто и почему выходит играть на улицу, может ли такое выступление стать стартом карьеры? Кто такие аскеры и зачем они нужны музыкантам? Почему в Петербурге постоянно поют Цоя? Об этом «Росбалту» в рамках проекта «Петербургский авангард» рассказал «человек-оркестр», музыкант Михаил Каретко.

— В чем разница между клубными, стадионными и уличными музыкантами?

— По большому счету музыка и там, и там действует одинаково. Разница в том, что на улице работают часто менее профессиональные музыканты. Хорошие музыканты тоже встречаются, особенно в тяжелые дни, но в целом их уровень все равно ниже.

— А где вам больше нравится выступать: на улице или в клубе?

— Конечно, в клубе. Выйдите на улицу — там такая гадость.

— Ну, летом-то нормально.

— А играть приходится круглый год! Да и летом всякое бывает.

— Когда холодно, как много уличных музыкантов отправляются играть по клубам и ресторанам?

— Я не знаю, куда именно они отправляются, но куда-то точно уходят. Процентов 5-10 остаются играть круглый год, их всех я в принципе знаю. Некоторые пытаются нырять в метро. А в ресторанах зимой и летом играют одни и те же музыканты.

— Насчет метро — полиция не гоняет музыкантов оттуда?

— По правилам метрополитена там играть запрещено. «Договариваться» не получается: 10-15 лет такое еще было возможно, теперь уже нет. Бывает, некоторым работникам метро все равно. Сейчас создали специальную службу, которая отлавливает торговцев и музыкантов. После 22:00 вроде бы разрешают играть, то есть на пару часов можно появиться в переходе. Сам я в метро не играл уже много лет.

— Почему вы вышли играть на улицу?

— Как вам пришла идея стать «человеком-оркестром»? Наверняка на это ушло много сил и времени.

— Сама идея появилась в Хельсинки. Там познакомился с музыкантом — он по происхождению русский, но по гражданству канадец. В Канаде на тот момент было запрещено играть, были большие штрафы за игру на улице. И он ездил по Европе с большим барабаном на спине, губной гармошкой и гитарой. Пел кантри. Я в тот момент еще играл на флейте, потом — с индейцами в группе на духовых. Как-то у одного музыканта из нашей группы я посмотрел видео, где он играет на гитаре и сампоньо на держателе. Потом несколько раз видел их традиционный способ: зажимать под мышкой флейту и играть параллельно на другом инструменте. Подумал: почему бы и нет? Избыток энергии у меня всегда был, даже когда я играл на духовых.

Сначала попробовал одновременно играть на флейте и гитаре, потом довольно быстро соединил их с барабаном. И так много лет играл в акустике, в основном в Финляндии. Потом стал переходить на электричество, ведь у флейты нет собственного резонатора, как у рояля или скрипки. Приходится делать подзвучку. В зале, где есть отражение или эхо, флейта звучит хорошо, а просто на улице — совсем плохо, потому что нет эха. Изначально подзвучка была именно для эха флейты.

Где-то полтора года назад я взялся за хай-хэт, хотя первоначально думал, что мне не хватит внимания. Потом посмотрел на пару человек: один из Германии, двое из Америки. У них ударные установки довольно сложного вида, и я решил создать нечто подобное, но большей функциональности. Сейчас играю на этом всем. Конечно, первоначально нужно уметь играть на каждом инструменте по отдельности. В принципе, когда разучиваешь тему, даже если знаешь ее на одном и другом инструменте, для синхронизации нужны отдельные репетиции. Трудно сказать, сколько времени это все заняло — сколько-то… лет.

— Вы заменяете собой целую музыкальную группу. Нет желания снова играть в коллективе?

— Вот именно от работы в коллективе и возникает мысль все играть самому. Потому что один играет так, другой — эдак, а ты тихо бесишься, потому что тебя не устраивает. Либо уровень звука, либо какие-то акценты в музыке. Если в оркестре дирижер машет палкой (одному — погромче, другому — потише), то в группе нет такого руководителя, просто все примерно договорились, как играть. Есть профессиональные музыканты, к которым претензий вообще не бывает. Постепенно, когда в музыке варишься все дольше, неудовлетворенность качеством звука переходит на физиологию — когда слышишь фальшивый звук, начинает тошнить. Вот из-за этой тошноты я и решил делать все сам. Потому что сам сыграешь все, как хочешь, а если не все, то по крайней мере сам же и исправишь.

— Как часто в вашем «оркестре» что-то меняется?

— Иногда меняется. Инструменты я ищу в Интернете, там же сейчас все есть. Что-то нахожу у местных поставщиков, что-то заказываю за границей. Например, флейта, на которой я играю, — называется сампоньо «Мальта» — делается из специального тростника, 98% которого растет в Боливии. Поэтому самые лучшие инструменты, естественно, боливийские. И интернет-магазин тоже боливийский.

Во времена, когда Интернет еще не развился, пробовали делать сами. Познакомились со сторожами Ботанического сада, но оказалось, что там не растут подходящие виды тростника. Ведь это очень специфический материал, он должен хорошо резонировать, а какая-нибудь бамбучина из-за толстых стенок не будет звучать совершенно.

— Бывали ли у вас проблемы с полицией или неблагодарными слушателями?

— Да, довольно много. Раньше ситуация была немного другая. До 2000-х годов, в голодные времена, когда уличная музыка только возникла, я еще не участвовал в этом деле, но мне рассказывали, что «зашибали немеренные бабки». Потом уличных музыкантов стало много, бандиты все еще оставались. Я тогда только начинал играть в метро на флейте. Ко мне раз десять, наверное, подходили эти «черные кожаные куртки», говорили: «Отдавай деньги». И я начинал фантазировать что-то про мафиозного босса, который меня прикрывает, заливал уши, и мне удалось ни разу за несколько лет никому не отдать денег. Но бывали, конечно, очень опасные ситуации.

Сейчас такого нет, все «черные куртки» пропали, а их место заняли те, кто их подавил, — мундиры. Это была следующая фаза, когда бандиты пропали, а милиционеры стали брать взятки. Но это тоже было давно. Потом были сокращения в полиции и увеличение зарплат, они стали бояться брать взятки, потому что рост по службе дороже. Но с тех пор не возникало никакого законодательного решения по уличным музыкантам. Вот и получается, что нет четкого распоряжения, что запрещено, а что — разрешено играть, все решается на уровне начальника районного отделения полиции. Если он благосклонен, то разрешает на своей территории играть музыкантам. Если ему не нравится то, что они играют, дает распоряжение выгонять. Знаю, что недавно у Спаса-на-Крови не просто прогнали музыканта, а отобрали у него инструменты. Сказали, чтобы забирал через суд, а если суда не будет, то через два месяца.

Последний раз меня самого забрали (не скажу, на какой станции), еле поместился со всеми инструментами, привезли в участок, говорят: давайте оформлять. Два часа оформляли. Отпечатки рук и ног, дали в руки табличку, сделали фото, как в американских фильмах, в фас и в профиль. Чувствовал себя как какой-то зек. Спрашивают: паспорт есть? Отвечаю, что дома лежит, чтобы не потерять. Говорят: какое нарушение оформлять? Пошли у начальника узнавать, какое нарушение. Напишите «находился без документов». Сказали оставить в залог инструменты и ехать за паспортом. Съездил — посмотрели и отпустили. То есть законодательной причины для задержания уличных музыкантов нет.

В Москве все суровее. Там для борьбы с оппозиционными партиями придумали этот закон о несанкционированных демонстрациях.

— Этот закон федеральный, на Петербург тоже распространяется.

— Значит в Москве этот вопрос стоит острее. Потому что там Кремль. Кстати, одна из причин, по которой я уже много лет не играю на Невском, — потому что там ездит начальство. Помню, когда губернатором была Валентина Матвиенко, я еще играл на Невском, и полиция стала меня выгонять. Оказалось, что на какой-то праздник, кажется на 9 мая, Валентина Ивановна ехала по Невскому и увидела музыканта. Сказала: «Чтобы этого в моем городе не было!». Такое вот право феодалов — распоряжение было устным, но его исполняла абсолютно вся администрация Центрального района.

Насчет полиции в принципе многосторонняя тема. Например, если уличный музыкант встанет играть у торгового центра, то его прогонит охрана центра, и полиция уже ни при чем. В этом случае надо договариваться с генеральным директором ТЦ. На Невском, возле Гостиного двора, есть территория кукольного театра. Договорился с его администрацией, играю там, вдруг приехали полицейские. Говорю: это территория театра, мне разрешили. На что стражи порядка сказали, что «тут везде наша территория». Знаете, как «это наша корова, и мы ее доим». В общем, вопрос территории довольно остро стоит.

— Должен ли быть «кодекс чести» у уличного музыканта? Иногда они ведут себя слишком навязчиво — сопровождающие их товарищи чуть ли не в карман залезают.

— На языке уличной музыки это называется «аскер» — человек, который ходит с музыкантом, носится вокруг и выпрашивает деньги. В группе уличных музыкантов «ВКонтакте» целые дискуссии о том, хорошо это или плохо, много десятков страниц. Как я понял, в основном это любят «цоевщики» (которые играют Цоя). У тех, кто играет классическую музыку, я в жизни не видел аскеров. Три четверти или две трети музыкантов в целом против аскеров. Ну а сами аскеры, соответственно, «за». Есть даже объявления «аскер ищет музыканта». Это стало целой профессией. Как я к этому отношусь? У меня никогда не было аскеров, мне они не нужны. По-моему, это некрасиво и неприлично, о чем я в этих дискуссиях всегда и писал. У всех свое мнение. Но есть один юридический момент: если игру на музыкальном инструменте нельзя подвести под нарушение закона, то попрошайничество и явное вымогание денег — это статья.

— То есть та же полиция не может арестовать музыканта, а аскера — может?

— Может и обязана!

— Кажется, что уличные музыканты играют в одних и тех же местах. Или они все-таки «мигрируют»?

— В одном и том же месте выступают, как правило, приезжие, которые вообще не знают города и начинают играть в том единственном месте, которое нашли. Либо бывает, что человек первый раз вышел на улицу, наткнулся на хорошее место и ходит туда каждый день. Но бывалые уличные музыканты никогда не играют чаще одного раза в неделю в одном и том же месте. Это очень плохой тон — надоедать местным жителям, торговым точкам. Люди, которые там постоянно ходят, тоже не будут платить каждый день. Они должны соскучиться по тебе.

— Многие музыканты приезжают в Петербург на лето, поиграть в сезон. Есть какое-то разделение территории между местными и «понаехавшими»?

— Никакого четкого разделения нет — музыканты и все. Когда места для игры ограничены, а музыкантов много и они «сталкиваются лбами», то в какой-то момент говорят: слушай, Вася, давай я здесь буду в понедельник играть, а ты — во вторник? Они договорились, но потом приезжает музыкант, допустим, из Москвы. И ему приходится объяснять: мы с Петей здесь играем по таким-то дням, возьми себе другой день. Это просто для самоорганизации, чтобы не кататься зря туда-сюда. Если местные музыканты постоянно играют в каком-то месте, то у них есть моральное преимущество урегулировать этот процесс.

Беседовала Анастасия Семенович

Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга

Обзор, посвященный уличным музыкантам Петербурга, смотрите здесь.

m.rosbalt.ru

«У болельщиков появились свои ПДД»

«Закон о болельщиках» вступил в силу

В России вступил в силу так называемый закон о болельщиках, регламентирующий поведение зрителей на стадионах. В числе главных нововведений составление «черных списков» буйных фанатов и появление службы безопасности стадиона. Всероссийскую организацию болельщиков закон в целом устроил, однако ВОБ отметила в нем ряд неоднозначных моментов.

В России вступил в силу так называемый закон о болельщиках, фактически поправка в Закон о спорте с целью бороться с хулиганами на трибунах. Правительственное постановление, в частности, запрещает болельщикам проносить на стадион пиротехнику, красящие вещества, материалы политического, нацистского, экстремистского и провокационного характера, а также скрывать свои лица под масками.

Те же требования относятся к плакатам, содержащим оскорбления или непристойные изображения, а надписи на иностранных языках должны иметь перевод, заверенный нотариусом либо организатором спортивного соревнования.

ЦСКА откажется от зимних покупок и другие горячие новости из стана клубов Премьер-лиги

Одно из главных нововведений постановления — «черные списки» болельщиков. Уличенные в серьезных нарушениях посетители стадионов могут остаться без спорта на срок до семи лет. Тех, кто нарушит запрет, могут оштрафовать на 15 тыс. руб. или вовсе посадить на 15 суток.

Также поправками введена ответственность за беспорядки для организаторов мероприятий. После первого нарушения должно последовать предупреждение, после второго — приостановка деятельности.

Важен и тот факт, что следить за порядком на аренах теперь будет не только полиция, но и служба безопасности стадионов – аналог института стюардов, работающего в ряде европейских стран. Появится и современная система видеонаблюдения, о необходимости которой много говорилось в последнее время, поскольку опознать преступников на видеозаписях со стадиона сейчас зачастую очень сложно.

Поначалу «закон о болельщиках» предусматривал куда более строгие меры по отношению к нарушителям – к примеру, полумиллионные штрафы и даже внесение изменений в Уголовный кодекс. Однако под напором общественного мнения итоговый документ вышел куда более мягким.

Правительство РФ внесло постановление в Государственную думу в ноябре 2012 года, а в июле 2013-го парламент принял закон в окончательном чтении, после чего его подписал президент России.

За последние полтора года по отечественным стадионам прокатилась целая волна неприятных инцидентов. В сентябре 2012-го кубковый матч футбольных клубов «Динамо» и «Торпедо» не был доигран из-за того, что фанаты забросали поле дымовыми шашками, а в ноябре того же года во время встречи «Динамо» с «Зенитом» петарда, пущенная с трибуны, травмировала вратаря московского клуба Антона Шунина.

Большой резонанс вызвали и массовые беспорядки на стадионе в Ярославле, когда фанаты «Спартака» схватились с местным ОМОНом, а на гостевой трибуне появился нацистский флаг.

При этом до принятия закона нарушители порядка на российских матчах наказывались крайне редко, а законопослушные болельщики были недовольны как действиями «радикальных» фанатов, так и чрезмерно жесткими мерами, применяемыми сотрудниками правоохранительных органов.

Последние горячие новости из стана клубов российской Премьер-лиги

Однако это не значит, что создание «черных списков» и привлечение стюардов решит все проблемы. В целом футбольные эксперты, от Евгения Ловчева до Анзора Кавазашвили, отмечают, что поправки в законодательство необходимы, но не решаются оценить будущую эффективность «закона о болельщиках». На «круглом столе» наши знаменитые ветераны сошлись на том, что в вопросе футбольного хулиганства важна не суровость, а неотвратимость наказания.

Такого же мнения придерживается и президент Всероссийской организации болельщиков Александр Шпрыгин. В комментарии «Газете.Ru» он подчеркнул, что в целом закон его устраивает, однако отдельные моменты в документе не были учтены.

«Зрители спортивных соревнований впервые получили свои правила, как, к примеру, автомобилисты, — заметил Шпрыгин. — У нас были правила дорожного движения, теперь у нас есть и правила поведения зрителей на стадионах. К счастью, удалось избежать и изменений в Уголовный кодекс, и огромных штрафов, как предлагали отдельные горячие головы, не будет продажи билетов по паспортам, не будет тотальной проверки на входе. Но остались некоторые моменты, которые не были учтены.

В частности, нам не нравится, что закон не конкретизирован. В правилах дорожного движения, если ты не пристегнулся за рулем, будет одно наказание, а если сел за руль пьяным – другое. Здесь же все на усмотрение судьи: хоть ты ругнулся матом, хоть ты выбежал на поле и матч прервал».

По словам главы ВОБ, остается ждать, когда начнется правоприменительная практика, и судить о нововведениях уже по результатам.

«Если в каком-нибудь городке, где все болельщицкое движение составляет сто-двести человек, руководство «забанит» их, чтобы таким образом «решить все проблемы», понятно, что положительной оценки не будет, — добавил он. –

В то же время так называемым ультрас он отчасти поможет, потому что теперь понятен и унифицирован порядок проноса и согласования средств поддержки – мегафона, барабана, баннеров».

В числе недочетов закона Шпрыгин назвал возможность региональных властей вносить в него свои поправки и неконкретность ряда терминов, к примеру понятия «провокационный баннер».

Известный болельщик ЦСКА, юморист и пародист Михаил Грушевский считает, что подобный закон давно был необходим, но наказывать надо не толпу фанатов, а конкретных людей.

Аргентинский нападающий в «Рубине» и другие горячие новости из стана клубов Премьер-лиги

«Фанаты не мешают лично мне, поскольку я всегда нахожусь на VIP-трибуне, — рассказал Грушевский «Газете.Ru». — Разве что едкая гарь от петард и дымовых шашек доходит, да еще могу припомнить матч «Спартак» — ЦСКА в этом сезоне, когда какие-то болельщики почему-то стали бросать в меня окурки. Видимо, эта агрессивность и помогла им выиграть 3:0. Но с точки зрения восприятия футбола меня, конечно, коробит дружное матерное скандирование, неважно, болеют ли кричащие за мою команду или за другие.

Поэтому как-то систематизировать, прийти к приемлемым нормам поведения болельщиков, конечно, надо. Я думаю, самая эффективная мера воздействия на фанатов – внесение в «стоп-листы» на длительный срок для тех, кто дерется с полицией, бросает на поле петарды и травмирует футболистов.

По словам артиста, как только эти люди будут платить существенные суммы и не смогут посещать матчи, «появится дамоклов меч, который будет висеть над ними и не позволит преступать закон».

«Только не должно быть нашей привычной профанации, когда сначала говорят, что выяснили, кто бросает бананы и вывешивает свастику, а потом заявляют, что преступник не опознан, — добавил Грушевский. —

Наказывать нужно не толпу фанатов, не 500 человек, а конкретных Иванова, Рабиновича или Галимзянова. Причем, если человек проявил себя как хулиган, я бы отлучал его не только от футбола, но вообще от всех видов спорта, включая керлинг».

В то же время, по словам юмориста, нельзя перегибать палку: «С одной стороны, нужно воздействовать карательными санкциями, с другой – создавать атмосферу любви к болельщикам, которые приходят на стадион. Нельзя разбрасываться такими людьми, мы не Англия и не Испания, у нас их не так много».

Ознакомиться с другими новостями, материалами и статистикой вы можете на странице чемпионата России по футболу.

m.gazeta.ru

«Мне по барабану, что ты записываешь! Киношница!»

Начался суд над автослесарем-наркоманом, который втянул в продажу спайсов 15-летнего сына.

Наркосбытчики в Мордовии в погоне за прибылью не считаются ни с чем, даже с судьбами собственных детей. История 36-летнего саранского автослесаря Николая Вязова — очередной тому пример. 36-летний наркопотребитель со стажем весной втянул в преступный бизнес по продаже спайсов родного сына. От наказания юного наркосбытчика спасло только то, что он не достиг 16-летнего возраста, с которого в России наступает уголовная ответственность. А вот родителю, судя по всему, рассчитывать на снисхождение Фемиды не придется: за покушение на сбыт наркотиков в крупном размере и вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность ему грозит от 10 до 20 лет неволи. Это не помешало Николаю Вязову на первом заседании обвинить журналистов в том, что из-за них его сын несколько месяцев после случившегося не посещал школу… Из зала Чамзинского райсуда — Екатерина Смирнова.

«Пошли вон отсюда! Мне ваши мультфильмы вот так надоели! — трясется от злости перед журналистами в зале заседаний отец подсудимого. — Покажите мне закон и статью, которые вам позволяют тут находиться! Тогда будете снимать! Все, я так сказал! Что это еще за деятель, который моего сына в Интернет выставил, когда все это дело случилось?! Я вам выставлю!» «Мне в ФСКН все мозги выпудрили с этими интервью! Тут еще донимают!» — жалуется из клетки Николай Вязов. «Ну правда, девчонки, что это такое?» — возмущается его белокурая жена. «Я вам вот что скажу: где вы были, когда в лихие 90-е наше государство разрешило наркотики продавать?! — навис над журналисткой разъяренный мужчина. — Записывай, записывай, мне по барабану, что ты там записываешь! Киношница! Когда твоих близких подсадят на эту ерунду, тогда узнаешь! Хиханьки да хаханьки тебе будут!» Перешедшего все границы неуравновешенного гражданина судебный пристав выводит из зала. «Сын, меня удаляют, но ничего, все будет нормально!» — кричит мужчина уже из коридора. Достойно себя ведет только мать подсудимого, которая смотрит на сына, утирая слезы… Рядом маячит худенький подросток в белом джемпере. Это и есть несостоявшийся преступник. «Подойди к отцу, он тебе хочет что-то сказать!» — просит родительница. «Ща» — следует ответ, но в зале появляется адвокат, который даже не успевает поставить на стол портфель, как Вязовы заваливают его жалобами на журналистов: «У меня из-за них сын в школу не ходил несколько месяцев!» — машет подсудимый рукой в сторону корр. «С». Защитник спрашивает, из-за чего конкретно юноше пришлось пропустить занятия. «Потому что они все про нас расписали и в Интернет выставили!» — сетует автослесарь. «Если в будущем у вас будут подобные претензии, можно будет подать иск о защите чести и достоинства. Пока это делать преждевременно!» — объясняет защитник. «У меня ребенок очень переживал из-за их статей! Еще ни суда, ни следствия не было, а про нас уже написали!» — жалобным голосом произносит Елена Вязова. «А что же вы сразу не сказали мне об этом? Заявляете сейчас с бухты-барахты! Сделать уже ничего нельзя!»

Наконец, стороны занимают свои места, и прокурор оглашает обвинение. В начале марта потребитель наркотиков с 19-летним стажем Николай Вязов решил подзаработать на продаже запрещенного «зелья». Мужчина понял, что в одиночку это дело ему не потянуть — он не мог пользоваться компьютером, да и одному много партий не раскидать. А ведь от количества сделанных закладок зависит зарплата! В выборе партнеров для бизнеса Вязов переплюнул всех жителей Мордовии, когда-либо привлекаемых по статье 228 УК РФ. Им оказался родной и единственный сын автомеханика. Юноша к тому времени уже сам потреблял запрещенное «зелье», и отец не мог об этом не знать. Родственники с помощью Интернета связались с неизвестным, который оставил для них в тайниках на Юго-Западе оптовую партию спайсов массой 34 грамма. Закладку отец и сын разделили на разовые дозы, которые замаскировали в цветной изоленте. За один тайник им полагалось вознаграждение в 200 рублей. Вечером 9 марта Вязовы отправились в Чамзинку, где разбросали «зелье» по тайникам. Схроны оборудовали у скамеек, линий электропередач и в металлических трубах поселка цементников. Но неопытные наркосбытчики неправильно составили описание мест тайников и не смогли отчитаться перед «работодателем». Вечером 12 марта родственники приехали перепрятывать «зелье» и были задержаны с поличным сотрудниками УФСКН. При себе у Вязова-старшего оказалось около 1,5 грамма спайса, у восьмиклассника — около 2 граммов. Еще свыше 30 граммов оперативники обнаружили в их квартире на ул. Кутузова.

«Обвинение понятно! Вину признаю частично!» — заявил Вязов-старший. Но в какой именно части он согласен понести наказание, Николай решил уточнить в ходе следующих заседаний. Суд приступает к допросу свидетелей. Первым выступает сотрудник ныне упраздненного УФСКН. «В первый оперативный отдел поступила информация, что Вязов совместно с сыном занимаются продажей наркотиков в Чамзинке. С целью проверки были организованы оперативно-разыскные мероприятия. Вечером 12 марта мы приехали в поселок. Вязовых задержали на улице Большой. Вместе с ними находился водитель автомобиля «Лифан», который привез их туда. Все трое заявили, что запрещенных веществ у них нет. В ходе досмотра у юноши 2001 года рождения в кармане оказалась пачка из-под сигарет, в которой лежал сверток. На вопрос, что находится в нем, парень ответил: «Наркотики». У водителя запрещенных веществ при себе не оказалось. У Николая Вязова были найдены банковская карта, телефон, записная книжка и сверток со спайсами. Также на коврике заднего пассажирского сиденья мы нашли несколько листочков, исписанные адресами. Николай пояснил, что это местонахождения тайников от 9 марта. Мы обследовали около 20-ти из них, и в 15-ти нашли наркотики. Пять закладок оказались пустыми. Наверное, кто-то из потребителей уже успел забрать «зелье». Другой сотрудник ФСКН проводил обыск в квартире Вязовых. Приготовленные к сбыту наркотики хранились в коробке под столом. Свертки со спайсами были завернуты в разноцветный скотч. В зависимости от массы они были красными, желтыми и зелеными…

Затем в зал входит 29-летний коллега подсудимого по автосервису на ул. Васенко, автомеханик Александр Трунин. Мужчины познакомились в начале года, когда Вязов устроился на работу. «Являетесь ли вы потребителем наркотиков?» — спрашивает прокурор. — «Как сказать…» — пожимает плечами свидетель. «Как есть!» — усмехается адвокат и получает замечание от судьи. «На данный момент не употребляю!» — «Потребляли наркотики совместно с Вязовым и его сыном?» — «Без сына!» — «Как часто?» — «Как деньги были, так и кололи! Мы иногда вместе ходили и забирали из закладок. Это сейчас не секрет, в Интернете полно адресов, пожалуйста…» Вспомнить события вечера 12 марта рабочему толком не удалось. Прокурор тщетно пытался помочь свидетелю составить связный рассказ. «Не умею я слова говорить! — не выдержал Трунин. — Как 8 классов и ПТУ окончил, так и пошел в сервис! Я с машинами работать умею!» Судья оглашает показания, данные Труниным следователю. Вязов изредка угощал его «солями», которые автомеханик употреблял внутривенно. «В тот день Вязов мне вынес к подъезду шприц и бутылочку с разведенной «солью», которую я тут же употребил в машине и поехал на работу. Потом позвонил Николаю спросить, как он себя чувствует. В ходе разговора Вязов предложил мне отвезти его в Чамзинку. Сказал, что у него есть лист с адресами закладок наркотиков. Взамен обещал угостить «солями» и заправить автомобиль. О том, что они с сыном занимаются сбытом наркотиков, я не знал…»

34-летняя супруга подсудимого Елена отказалась давать показания против мужа. Судья зачитал протокол допроса женщины. Согласно ему, вечером 12 марта Елена пришла домой с работы, но в квартире никого не оказалось. Это показалось ей подозрительным. Женщина принялась звонить мужу и сыну, но никто не брал трубку. Тогда Елена собралась и ушла на корпоратив в честь 8 Марта. А когда вернулась, в дом прибыли оперативники с обыском… Судья также зачитал часть телефонной беседы, которая состоялась между Еленой и мужем незадолго до задержания. «Я сейчас на работе, но переживаю, что Егор дома занимается фасовкой наркотиков — говорила она Николаю. — Нет, я сама не видела, но в квартире стоит неприятный запах…» «Подтверждаете данные показания?» — «Такого не было!» — картинно изумляется свидетельница. Судья демонстрирует подписи на протоколах, которые с пометкой «Мною прочитано, с моих слов записано верно» оставила Елена. «Да, подпись моя. Но как же так. Нужно было мне толком прочитать и вникнуть! Я просто юридически неграмотная…»

Наконец, в зал входит несостоявшийся преступник — 15-летний школьник. Он также не захотел рассказывать о случившемся, доверившись ранее данным показаниям. «С мамой и папой отношения хорошие, — зачитывает председательствующий. — Спайсы путем курения я потребляю на протяжении года. Отец принимает наркотики внутривенно. Весной отец сказал, что устроился в онлайн-магазин по продаже наркотиков. Попросил помочь в этом, так как сам плохо владел компьютером и не мог переписываться в Интернете. Я знал, что за одну закладку платят 200 рублей, и папа обещал поделиться деньгами. Мы вступили в переписку с оператором магазина. С нас попросили залог в 5 тысяч рублей, которые я занял у друга. Переписку вел я, а также помогал отцу делать закладки и составлять описание местонахождения тайника. Партии наркотиков мы забирали трижды. Отец расфасовывал спайсы примерно одинаковыми партиями. Оператор координировал нас и консультировал по мерам конспирации. Сообщал, что, кроме Саранска, нужно делать закладки в Чамзинке, Ардатове, Рузаевке и Ковылкине. Первые закладки в Чамзинке мы сделали 9 марта, но не смогли составить точное описание мест. 12 марта отец сказал, что нужно снова ехать в Чамзинку, найти спрятанные наркотики и переложить в другие тайники. С утра я связался с оператором. Он велел сделать закладку в Саранске и ехать в Ардатов, но мы уже собирались в Чамзинку. Там мы с отцом пошли искать закладки. Часть нашел он, остальное — я. Вскоре подъехали сотрудники наркоконтроля… Я осознаю, что совершал преступление и раскаиваюсь…»

stolica-s.su

Тишина — «от» и «до» по закону

«Я называю состояние, в котором вот уже не первый год находится наша семья, — жизнь под шум перфоратора. Мы страдаем от шумных ремонтных работ, которые буквально днем и ночью ведутся в нашем многоквартирном доме. Дело дошло до того, что по выходным мы вынужденно долго ходим по магазинам, рынкам, чтобы только не слушать шум дрелей, перфораторов, от которых трясется дом, трескаются стены и потолок. …А месяц назад вечером в нашей квартире на диван с потолка упал кусок штукатурки в несколько килограмм. По счастливой случайности никто не сидел на диване, иначе сильнейшей травмы бы не миновать. Мне и мужу постоянно приходится пить успокоительные лекарства». Это строки из письма читательницы нашей газеты, пенсионерки из Казани Анны Егоровой (имя и фамилия по просьбе женщины изменены), которая прислала отклик на статью «Чем опасен звуковой террор», опубликованную в номере «РТ» от 19 ноября прошлого года.

Шумим, братцы, шумим

Автор письма сообщила, что многим в доме не нравится этот бесконечный ремонт, затеянный жильцами в нескольких квартирах. Однако «скооперироваться» с другими жильцами и попытаться что-то изменить этой семейной паре не удалось. Соседи отказались идти на прямой конфликт с нарушителями спокойствия, сказав, что не хотят выглядеть «склочниками». Этот отклик не единственный. На звуковых «террористов» читатели нашей газеты не один раз пожаловались уже в наступившем году.

«В новогоднюю ночь рядом с нашим домом в парке гуляло очень много народу, и почти каждая компания зажигала фейерверки, взрывала петарды. Праздник есть праздник, можно потерпеть. Но весь этот шум продолжался и в последующие дни, чуть ли не всю неделю мы пытались заснуть под эти увеселительные взрывы», — сообщила жительница Кировского района Казани Валентина Николаева.

«Почти под окнами нашего дома недавно расположили стоянку грузового транспорта. Днем и ночью машины сигналят, водители громко разговаривают, редко когда засыпаем в тишине. Что делать, честно говоря, не знаем», — пожаловался житель Приволжского района столицы Радик Сабиров.

С похожими ситуациями хоть раз в жизни, наверное, сталкивался каждый из нас. И если с соседями худо-бедно, но иногда можно договориться, то унять весельчаков, шумно справляющих какой-то личный праздник в кафе на первом этаже в час-два ночи, пожалуй, практически невозможно. Удивительно — ведь наверняка возмутители ночного покоя и тишины граждан понимают, что поступают по меньшей мере непорядочно. И тем не менее им абсолютно все равно, что просыпаются и плачут испуганные дети, «ревут» во дворе потревоженные взрывами петард автомобили, — зато «праздник» разделили на всех! Впрочем, в нашу личную жизнь с шумом вторгаются подчас и официальные лица — в основном, рабочие близлежащих строек. Но они за то, что не спят, работают ночью, деньги хоть получают. Нам же, злым, невыспавшимся, приходится расплачиваться собственной головной болью.

Выступили единым фронтом

Почти все наши читатели задавались вопросом: существуют ли какие-либо официальные меры административного наказания за подобные проступки недобросовестных граждан и куда нужно обращаться в этих случаях?

Но в том-то и дело, что сегодня нет общего федерального закона, регулирующего вопросы соблюдения покоя граждан и тишины в ночное время. В Москве, Санкт-Петербурге, Московской области и некоторых других российских субъектах приняты местные законы, ограничивающие вредное шумовое воздействие на здоровье граждан.

В российском законодательстве в этой части определены лишь некоторые правовые нормы. Например, существует утвержденная главным государственным санитарным врачом РФ процедура экспертизы (оценки) уровня шума на территории жилой застройки, в жилых и общественных зданиях и помещениях. Однако, скажем, на последующие ремонтные работы с «применением инструментов», в том числе затеянные жильцами, эта экспертиза не распространяется. Справедливости ради отмечу, что в Татарстане действует норма Кодекса РТ об административных правонарушениях, предусматривающая наказание в виде предупреждения или штрафа в размере от 300 до 500 рублей для нарушителей тишины и покоя граждан в ночное время с 23 до 7 часов.

Но, как видно, для эффективной борьбы со звуковыми «террористами» этих мер уже недостаточно. Одними риторическими вопросами активные жители республики не ограничились. Как выяснилось, только депутатам Госсовета поступила масса писем с пожеланиями и предложениями найти законодательную управу на возмутителей ночного покоя и тишины. И гражданская инициатива «снизу» возымела действие!

На прошедшей 24 декабря сессии Госсовета депутаты приняли в окончательном, третьем чтении закон «О соблюдении покоя граждан и тишины в ночное время», который уже подписан Президентом РТ. 15 января текст нового закона был опубликован в нашей газете, и через десять дней после этого он вступит в силу.

На заре ты меня не буди…

У законопроекта, разработанного депутатами Комитета Госсовета по законности и правопорядку по инициативе главы комитета, кандидата юридических наук Шакира Ягудина и его заместителя Рафила Нугуманова, — интересная предыстория.

Вокруг будущего закона, впервые вынесенного на сессию республиканского парламента в сентябре прошлого года, сразу развернулись дискуссии. Саму идею законодатели единодушно поддержали, а вот по содержанию статей было немало споров. Нужно учесть, что в одном «пакете» с данным законопроектом были представлены и соответствующие изменения в Кодекс РТ об административных правонарушениях. Так, кое-кто из депутатов не согласился с предложенной разработчиком часовой границей ночной тишины: с 23 до 6 часов утра (федеральным законодательством установлен отрезок времени с 22 до 6 часов). Главным образом проблема ночной тишины касается больших городов, и нужно учесть, что дети идут в школу в основном к 9 часам, а многие родители — на работу к этому же времени. Почему бы не дать поспать детям лишний часок? Другой момент — законопроектом предусмотрены объекты и территории, где однозначно запрещается в ночное время, например, производить ремонтные, строительные, погрузочно-разгрузочные работы. Некоторые депутаты задались вопросом: а как быть, если возникнет объективная потребность трудиться в эти часы? Кроме того, есть производства с непрерывным циклом… Следующий спорный нюанс касался автомобильной сигнализации. Когда охранная «сирена» срабатывает под окнами по нескольку раз за ночь, понятно, что это взбесит кого угодно. Но каждый ли владелец автомашины согласится отключить сигнализацию даже под угрозой штрафа, ведь если совсем «уведут» автомобиль, это будет стоить ему намного дороже!

Чуть забегая вперед, скажу, что границы ночного времени в республиканском законе в итоге были установлены с 23 до 6 часов утра. Как пояснили разработчики законопроекта, тщательно проанализировав правоприменительную практику, опыт других регионов, где приняты аналогичные законы, депутаты пришли к выводу, что это наиболее оптимальный вариант. Есть и другой нюанс. К сожалению, при всем желании продлить на час утреннее время «тишины» субъект РФ не вправе, это прерогатива федерального законодательства.

Впрочем, иные «форс-мажорные» обстоятельства, как заверили разработчики основного законопроекта, все же предусмотрены. В итоге депутаты поддержали оба документа — проект нового закона и поправки в Кодекс — в первом чтении.

— Дело нужное, полномочия по регулированию этих вопросов федеральным законом отданы субъектам, то есть нам с вами. Представленный законопроект, конечно, вызывает много вопросов. Думаю, необходимо шире посоветоваться с муниципальными образованиями, обратить внимание на то, какие при реализации этого закона могут возникнуть сложности. Предвижу здесь большую работу, — высказался в ходе обсуждения на сессии Председатель Госсовета Фарид Мухаметшин. И как в воду глядел!

Тихий час

Законопроект ожидаемо вызвал в республике большой резонанс. Еще на первой стадии к его разработке подключились представители Аппарата Президента, прокуратуры, Министерства внутренних дел, правового управления Госсовета, Роспотребнадзора, Министерства юстиции, специалисты других ведомств. Оказалось, что за рождением будущего закона заинтересованно наблюдают не только в официальных структурах. В ходе подготовки документа ко второму чтению буквально посыпались предложения от активных жителей республики. Чаще всего граждане просили создать правовой механизм по вопросам тишины и покоя, который действовал бы вне зависимости от времени суток!

— К сожалению, пока такой возможности нет, — пояснил в ходе очередного обсуждения законопроекта на сессии Госсовета

3 декабря Шакир Ягудин. По его словам, чтобы обеспечить, например, тишину в дневное время, пришлось бы вводить дополнительные ограничения в деятельности предприятий, учреждений и организаций всех форм собственности. Кроме того, что подобное вмешательство неизбежно нарушит их нормальную работу, оно просто выходит за рамки полномочий республики. Хотя аргумент и убедительный, тем не менее вопросы здесь, конечно, остаются. Понятно, что все жизненные ситуации правовыми нормами не охватить. Думается, что новый республиканский закон, а он небольшой, всего 6 статей, вполне соответствует той задаче, которую ставили перед собой депутаты. А именно: защитить ночной покой прежде всего жильцов многоквартирных и индивидуальных жилых домов и гостиниц, пациентов медицинских учреждений, а также отдыхающих в санаториях и пансионатах, подопечных домов-интернатов для детей, престарелых и инвалидов (о мерах наказания за нарушение закона — чуть дальше).

Как только стало известно о подписании нового закона Президентом Татарстана, я позвонила одному из разработчиков этого документа, председателю парламентского Комитета по законности и правопорядку Шакиру Ягудину.

— Еще раз от всей души хочу поблагодарить всех, кто принимал участие в подготовке законопроекта, а их не один десяток человек. По сути, именно они стали инициаторами этой, без преувеличения народной, законодательной инициативы, поддержанной затем в целом Государственным Советом. Думаю, через какое-то время мы вернемся к этим вопросам, рассмотрим, как идет реализация закона, и при необходимости будем его корректировать, — прокомментировал итог общей работы депутат.

Когда молчание — золото

Закон «О соблюдении покоя граждан и тишины в ночное время» вступает в силу, на мой взгляд, отчасти в забавных обстоятельствах — после всех новогодних праздничных гуляний. Поскольку следующие красные даты в календаре еще нескоро, есть время внимательно изучить, к примеру, шкалу штрафов, предусмотренных за нарушение покоя граждан в ночное время, то есть с 23 до 6 часов утра (напомню, подробнее с текстом закона можно ознакомиться в номере нашей газеты от 15 января).

Итак, если коротко, какие поступки будут считаться в этот отрезок времени противоправными и подлежат административному наказанию?

В частности, запрещено громко включать телевизоры, радиоприемники и другие звуковоспроизводящие устройства и усилители, запускать пиротехнические средства, производить строительно-ремонтные работы. Нельзя громко играть на музыкальных инструментах, кричать, свистеть и петь. Превышение уровня звука как в дневное, так и в вечернее время по-прежнему определяется стандартами Госсанэпиднадзора. Внимание — важно! Действие закона не распространяется на отправление религиозных культов в рамках канонических требований, на какие-либо экстренные ситуации, например, при возникновении угрозы безопасности государства, жизни людей.

Одновременно депутаты уточнили в Кодексе РТ об административных правонарушениях меру ответственности за нарушение тишины именно в ночное время. Напомню, ранее выносилось предупреждение либо назначался штраф от 300 до 500 рублей. Теперь эти суммы существенно увеличились и появилась «градация». Например, предусмотрены штрафы за повторное нарушение этого закона в течение года. Так, в первый раз провинившиеся частные лица выложат от 500 до

1 тысячи рублей, должностные — от 5 до 10 тыс. руб., юридические — 20-50 тыс. рублей. А вот штраф повторно обойдется, соответственно, в полторы-две тысячи рублей, 15-20 тысяч и в 60-70 тыс. рублей. Так что любителям шумных ночных забав самое время вспомнить народную мудрость: «Молчание — золото»!

Хотела на этом завершить свои заметки, но вдруг подумалось, что закон «О соблюдении покоя граждан и тишины в ночное время» может стать реальной проверкой нас, рядовых граждан, и прежде всего жителей современных мегаполисов, на нравственность. Вернемся на минуту к началу статьи: никто из читателей, обратившихся к нам в газету, не верит, что хулигана можно унять, не прибегая к помощи государства, то есть закона. Сам факт появления данного закона еще раз подтвердил печальную истину: мы практически разучились слышать друг друга и, что самое страшное, явно перестаем уважать чужую жизнь и личность. А разве когда-нибудь принудительные запреты делали жизнь добрее и комфортнее?

Автор статьи: МУШКИНА Ирина
Дата:21.01.2010
Выпуск: № 10-11 (26647-26648)

rt-online.ru

Это интересно:

  • Транспортный налог архангельск ставки Транспортный налог архангельск ставки Изменения ОСАГО. Приоритетной формой возмещения ущерба теперь будет восстановительный ремонт на станции технического обслуживания. Подробнее Плата налога и авансовых платежей по налогу производится налогоплательщиками в бюджет по месту […]
  • Пособие для учителя азбука берегоши Конспект занятия «Азбука Берегоши, или Как экономить воду и электроэнергию» Алена Антонова Конспект занятия «Азбука Берегоши, или Как экономить воду и электроэнергию» Азбука Берегоши Программное содержание: продолжать формирование понимания единства человека и природы, […]
  • Закон о нравственном воспитании Нравственное и патриотическое воспитание может стать элементом образовательного процесса Разработаны меры по обеспечению патриотического и нравственного воспитания детей и молодежи. Соответствующий законопроект 1 внесен в Госдуму членом Совета Федерации Сергеем […]
  • Ходатайство об уточнении размера исковых требований Уточнение исковых требований После принятия судом иска и даже в процессу судебного разбирательства истец имеет право заявить уточнение исковых требований. В порядке уточнений можно указать новые обстоятельства или дополнить старые, увеличить или уменьшить сумму иска, […]
  • Каков возраст выхода на пенсию Какой сейчас пенсионный возраст в России для мужчин и женщин? Будет ли его повышение с 2017-2019 года до 63/65 лет? Самые последние новости из Госдумы ​ не планируется.​ для госслужащих -​ страховой стаж с​необходимо отрегулировать возможность переквалификации​сокращение […]
  • Что полагается за третьего ребенка матери одиночке Мать-одиночка: льготы и пособия в 2018 году Понятие «одинокая мама» отличается в трудовом и социальном праве. В большинстве случаев под определением «мать-одиночка» понимается женщина, у которой в документах ребенка не указан отец (или указан с ее слов). Дополнительные […]
  • Закон рф о борьбе с терроризмом 2018 Основные законы по противодействию терроризму. Досье В 1998 году в Российской Федерации был принят Федеральный закон "О борьбе с терроризмом", который впервые в истории России установил правовые и организационные основы борьбы с терроризмом, вопросы координации и порядок […]
  • Разрешения на охоту с оружием Разрешение на охотничье оружие (лицензия): порядок получения, документы Разрешение на охотничье оружие – документ, получаемый в лицензионно-разрешительном отделе (ЛРО), без которого человек не имеет права на использование охотничьего ружья. Разрешение не может быть выдано […]