Естественный закон по аквинскому

| | 0 Comment

Учение Фомы Аквинского о законах, власти и церкви

Фома Аквинский (XIII в.), философ и теолог, крупнейший представитель средневековой схоластики, его основной задачей было доказывание истинности догматов религиозного учения римско-католической церкви. Фома Аквинский воспринял идеи Аристотеля, направив их на служение церкви. Его сочинения: «О правлении князей», «Сумма теологии», «Комментарии к «Политике» Аристотеля», «Комментарии к «Этике» Аристотеля», «Сумма против язычников».

Фома Аквинский считал, что разум должен быть подчинен вере. Фома Аквинский подчеркивал неизбежность рабства как наказания за людские грехи, справедливость сословного разделения общественной структуры.

Фома Аквинский видел задачу государства в том, что государство должно прежде всего охранять веру, католическую церковь. При столкновении интересов церкви и государства Фома Аквинский допускал возможность народного антиправительственного восстания против богомерзкого режима. Следуя за апостолом Павлом, Фома Аквинский утверждал Божественную сущность государственной власти, но не отдельного правителя, который может быть греховен. Государственная власть распространяется только на земные дела. Церковная власть решает духовные дела, светским государям следует ей подчиняться, так как римский папа – наместник Бога на земле (переработанная идея Августина Блаженного о двух градах). Фома Аквинский резко выступал против еретиков, допуская их казнь, поэтому оправдывалась необходимость инквизиции.

Вслед за Аристотелем Фома Аквинский выделял три пары форм государства (в каждой по справедливой и несправедливой): монархия – тирания, аристократия – олигархия, полития – демократия. Наиболее естественная форма правлениямонархия: монарх должен олицетворять весь народ и заботиться о нем.

Право издания общеобязательных законов – основной признак государственной власти. Подразделял законы на категории:

1. Вечный закон – главный, управляющий миром и естественными склонностями живых существ Божественный разум.

2. Естественный закон – отражение вечного закона во всех живых существах, фундамент позитивного права, заключающийся в законах природы и морали.

3. Человеческий закон – позитивное право, основанное на естественном праве и расширяющее его трактовки. Однако иногда человеческий закон, с сожалением отмечает Фома Аквинский, не совпадает с нормами естественного закона.

4. Божественный закон – Священное Писание. Нарушение любого закона наказуемо.

Фома Аквинский сформулировал 5 доказательств бытия Бога, описываемого как первопричина и конечная цель сущего. Признавая относительную самостоятельность естественного бытия и человеческого разума, Фома Аквинский утверждал, что природа завершается в Божественной благодати, разум – в вере.

Римско-католической церковью Фома Аквинский был объявлен святым, а его учение (томизм) – единственно истинной философией католицизма.

be5.biz

Естественный закон по аквинскому

Фома Аквинский (1225–1274) – крупнейший представитель католи­ческого богословия и средневековой схоластики.

Фома родился в Аквино, близ Неаполя (Италия), в старинном графском роде. В 1244 г. вступил в доминиканский орден. Учился в Париже и в Кёльне у Альберта Великого, преподавал в Париже, Риме, Неаполе. Причислен римско-католической церковью к лику святых.

Схоластическое представление о человеческой душе как независимой от тела духовной субстанции, обладающей способностью непосредст­венно усматривать вечные несотворенные истины в свете Божественного просвещения, Фома заменяет восходящим к Аристотелю понятием души как формы тела. Душа, соединенная с телом, лишена дара непосред­ственного созерцания Бога и божественных идей, но для нее открыт путь рационального познания. По учению Фомы, разум ставит только

История философии права. Под ред. Керимова Д. А. – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.72

цели для деятельности, движущей же силой является воля. Воля Бога, постигаемая человеком, – причина всех вещей.

Особенности понимания философом бытия, души человека, его отношение к Богу и природе познания определили характер трактовки им природы права.

Исследуя сущность права, Фома поднимает четыре вопроса: 1) является ли закон чем-то, относящимся к разуму; 2) всегда ли закон направлен на общую пользу; 3) является ли разум человека достаточно компетентным для того, чтобы создавать законы; 4) является ли публикация законов существенным моментом для того или иного закона? Отвечая на эти вопросы, он определяет закон как опубликованный акт разума, принимаемый органом или лицом, ответственным за положение дел в стране, который имеет целью всеобщее благо.

Фома приводит иерархическую схему права, включающую в себя: 1) вечное, или божественное, право, представляющее собой совокупность общих божественных принципов правления миром. Это право – источник всех других производных форм права, поскольку заключено в самом Боге и по существу тождественно с ним, в то время как все остальные виды права являются результатом деятельности Бога и находятся в его созданиях; 2) естественное право. Оно представляет собой совокупность правил вечного права, отраженного в сознании человека. Оно временное, вечное и имеет разумный характер, т.е. доступно лишь разумным созданиям, которые познают его принципы посредством своего разума; 3) человеческое, или позитивное, право. Оно выводится из вечного права, но не непосредственно, а опосредованно и является изменяемым, хотя и имеет некоторые постоянные элементы.

Аквинату принадлежит идея разделения божественной воли и божественного закона. Если ранее основания права сводили непосредственно к справедливой воле Бога, находя в ней непосредственное оправдание правовым нормам, то Фома в своей работе «Сумма богословия» вводит понятие божественного «естественного закона». Естественный закон раскрывается разуму в различении добра и зла. Хотя этот закон и создан Богом, однако теперь право должно выводиться только из принципов этого закона, а прямые ссылки на божественную волю должны быть признаны недостаточными. Принципы вечного естественного закона воплощены в естественном праве. Исходя из своего учения о разуме и воле, Фома определяет человеческий закон, как требование разума, устанавливаемое по воле того, кто стоит во главе государства; божественные же законы устанавливаются разумной волей Бога. Учением о естественном законе закладываются предпосылки столь важной для эпохи Нового времени и не потерявшей своей актуальности по сей день теории «естественного права».

В трактовке Фомы естественный закон не является обычаем, поскольку он есть нечто установленное разумом. Предписания этого закона достаточно многочисленны, но все они имеют единую общую основу: делать добро и избегать зла. Естественный закон, таким об-

История философии права. Под ред. Керимова Д. А. – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.73

разом, предписывает добродетельные поступки, ибо разум каждой отдельной личности диктует ему действовать в добродетельном духе.

Высшей добродетелью гражданина государства Фома считал повиновение власти. По его мнению, такое повиновение предписано человеку и естественным, и божественным законом. Христиане должны подчиняться светским властям, так как учение Христа утверждает порядок справедливости, а порядок этот требует, чтобы низшие подчинялись высшим. Требования естественного закона являются одинаковыми для всех, поскольку одинакова для всех истинность общих принципов разума.

В вопросах государственного устройства Фома останавливается прежде всего на проблемах власти, объединяющей государство. Правитель государства является у него также и творцом государства, подобно тому, как Бог есть правитель и творец мира. При этом Аквинат выделяет следующие формы правления: монархию, аристократию, олигархию, демократию и смешанную форму. Последнюю, сочетавшую в себе монархические, аристократические и демократические элементы, философ считал наилучшей. Худшей формой является демократия. В работе «О правлении властителей» Фома писал: «Если несправедливое правление осуществляется многими лицами, то это называется демократией; господство народа имеет место именно тогда, когда широкие массы благодаря своей силе и численному превосходству подавляют богатых. Тогда весь народ выступает как один единый тиран».

В целом Фома Аквинский весьма последовательно и глубоко разработал христианско-теологический вариант юридического правопонимания. Его философско-правовые взгляды оказали большое влияние на теории естественного права эпохи Нового времени.

www.kursach.com

История философии

Скирбекк Гуннар & Гилье Нилс

Фома Аквинский — законы и человек как общественное существо

Большинство трудов Аристотеля длительное время были неизвестны христианскому западному миру. Аристотель был впервые переоткрыт ок. 1200 гг. Первоначальная реакция церкви была негативной — Аристотель является язычником. В 1210 г. Аристотель был запрещен в Парижском университете. Но скоро этот запрет был отменен, и учение Фомы Аквинского (1225–1274) теологически синтезировало христианство и аристотелизм. Этот синтез оказался столь важным, что в дальнейшем Римско-католическая церковь стала рассматривать томизм как свою официальную философию.

Жизнь. Фома родился вблизи местечка Аквино, недалеко от Неаполя. Он воспитывался в бенедиктинском монастыре Монте Кассино, учился в Неапольском университете. Вопреки желанию своей семьи он стал монахом недавно созданного доминиканского ордена. В возрасте 20 лет он отправился в Парижский университет, в который вернулся для продолжения учебы после пребывания в Кельне. В 1245–1248 гг. он учился у Альберта Великого, работавшего над объединением христианства и аристотелизма.

Жизнь Фомы была заполнена работой и путешествиями с целью обучения. Он написал удивительно большое число произведений, хотя умер незадолго до своего пятидесятилетия. Он был канонизирован в 1323 г., через 49 лет после смерти. В 1879 г. его учение было признано официальной философией Римско-католической церкви.

Труды. Наиболее известными являются учебники по теологии «Сумма теологии» (Summa theologiae) и «Сумма истины католической веры против язычников» (Summa de veritate catholicae fidei contra Gentiles). Первый труд был предназначен для преподавания в школах, второй — в помощь христианским миссионерам. В дополнение к этим объемным и быстро написанным работам он создал много трудов философского и теологического содержания. Среди них комментарии к Библии, «О правлении князей» (De regime pnncipum) и «Спорные вопросы» (Quaestiones Disputatae de veritate), которые поднимали проблемы зла, истины, души и т. п.

У Фомы можно встретить большинство аристотелевских идей, которые, однако, включены в христианские рамки. Фома «христианизировал» Аристотеля. Аристотелевская Первопричина была заменена христианским Богом. Однако Фома иначе, чем Аристотель, понимает законы. Фома живет не в городе-государстве, а в феодальном обществе, и придерживается присущей этому обществу точке зрения на законы.

Поскольку нам уже известны взгляды Аристотеля, отметим только некоторые свойственные Фоме особенности понимания соотношения веры и разума, а также законов.

Томистский синтез христианства и аристотелизма характеризуется гармонизацией — гармонизацией Бога и мира и гармонизацией веры и разума. В споре об универсалиях Фома придерживается умеренного (аристотелевского) концептуального реализма. Понятия существуют, но только в вещах. Наше знание начинается с чувственных восприятий, но с помощью абстракции мы распознаем общие принципы (универсалии) в вещах. Это положение имеет для Фомы теологические следствия. Мы в состоянии с помощью нашего естественного рассудка распознать многие принципы универсума, включая определенные основания для вывода о том, что универсум создан Высшим существом (томистское доказательство существования Бога). Другими словами, разум и откровение (вера) сливаются друг с другом.

Верно, что некоторые христианские истины нельзя постигнуть разумом (В-Г, например, сущность Бога), но разум может вести нас по направлению к Богу. Некоторые истины (Б-В, к ним относится, например, существование Бога) мы можем постигать на основе и разума, и веры.

Как для Аристотеля, так и для Фомы универсум иерархически упорядочен (с тем различием, что аристотелевская Первопричина заменена персонифицированным Богом).

— Иерархия небесных сфер;

Подобно Аристотелю, Фома рассматривает человека как социальное создание. Для людей жизнь в обществе является условием их способности к самореализации. Следовательно, политика служит естественным занятием, которое способствует возможности реализации человеческих атрибутов. Это означает, что политика в значительной мере не зависит от откровения. Даже язычники могут жить достаточно хорошей жизнью.

Здесь опять происходит гармонизация греческого и христианского способов мышления. Верно, что люди и без Евангельского откровения могут реализовать добродетельную и счастливую жизнь. Задача политика заключается в создании условий для такой реализации, будь политик (например, князь) христианином или нет. Но за добродетелью и счастьем находится конечная цель — спасение. И здесь задача священника — вселить надежду. Таким образом, задачи политика и священника естественно сливаются друг с другом, ибо цивилизованная жизнь (добродетель и счастье) является основой для спасения. Политико-этический этап обладает определенной независимостью по отношению к религиозному этапу и в то же время является первым шагом по направлению к нему.

Аристотель рассматривал греческий город-государство как конечный этап человеческой самореализации. Для жившего в христианском феодальном обществе Фомы конечной целью являлось вечное спасение в потусторонней жизни, а наивысшей формой социальной жизни — управляемое законами христианское общество. Для Аристотеля добродетель реализовала себя в локальном замкнутом обществе путем активного участия в политике. Для Фомы добродетель реализует себя через моральный образ жизни внутри стабильной, всеохватывающей, управляемой законами социальной иерархии, где только немногие активно участвуют в политике, где меньшинство правит, а большинство подчиняется.

Для Фомы закон является предписанием разума, который дан для всеобщего блага лиц, находящихся под его юрисдикцией. Он дан тем, кто ответственен за всех, и для тех, кому этот закон предназначен. Таким образом, закон нормативен.

Фома оперирует различными взаимосвязанными видами законов. Вечный закон является предписанием разума, выражающим Божественный Замысел всего творения. Так как все подчиняется Божественному Замыслу, то все причастно Вечному Закону. Но разумные создания причастны ему более определенным образом, чем остальные создания. Разумные создания сами являются частью Божественного Замысла; они заботятся о себе и о других. Они причастны Вечному Разуму, поскольку могут сами действовать правильно (соответственно их природе) и стремиться к правильным целям. Это воплощение Вечного Закона в разумных созданиях является естественным законом. Таким путем разумные создания могут использовать свой разум, своего рода естественный свет (lumen naturale) для понимания того, что является хорошим и что плохим. Другими словами, мы с помощью рационального размышления распознаем естественный закон. Этой способностью обладают все разумные создания, как язычники, так и христиане. Фома полагает, что мы можем познать добро и зло вне зависимости от откровения. Он также думает, что законы могут быть открыты, существуют объективно и являются общезначимыми. Естественный закон один и тот же для всех людей. Следовательно, Фома развивает теологический вариант концепции естественного права.

Преимущество христиан перед язычниками состоит в том, что они через Евангельское Откровение знают Божественный Закон, который ведет к спасению. Однако достаточными для благой жизни познаниями могут обладать и нехристиане. Эти знания могут быть получены посредством рационального постижения естественного закона. Снова мы имеем определенную гармонию политико-этический аспект жизни является относительно независимым и в то же время все в конечном счете подчинено божественному порядку.

Теологи, которые усматривали божественную сущность в вале, понимали добро как то, чего всегда желает Бог. Поэтому не познавшие Божью волю не могут знать, что такое добро. И если бы Бог пожелал, то он смог бы определить в качестве хороших другие вещи, отличные от тех, которые он уже определил как хорошие. Зная Божью волю, христиане занимают по отношению к нехристианам особое положение, когда дело касается постижения добра. Познание добра является вопросом не столько рационального размышления, сколько правильной веры, то есть постижения Божьей воли через откровение и милость. Для Фомы Бог, прежде всего, является рациональным. Его воля желает того, что является рациональным и благим. Бог не может желать зла. Бог желает добра потому, что Он есть Добро. Добро является добром не потому, что так хочет Бог. (Развитие этой проблематики сталкивается с вопросами о всемогуществе Бога и о взаимоотношении доброго всемогущего Бога и зла).

Для Фомы человеческий закон тождественен действующим в обществе законам. Он проводит различие между практическим и теоретическим разумом [см. позиции Аристотеля и Канта]. Оба вида разума основываются на недоказуемых принципах [см. аристотелевский принцип противоречия]. Однако, тогда как теоретический разум приспосабливается к вещам в природе, чтобы получить о них истинное познание, практические принципы являются правилами и нормами человеческого поведения. В сфере теоретического разума именно вещь дает нам знание, тогда как практический разум, наоборот, предписывает, каким должно быть наше поведение. Поскольку все, что связано с нашим поведением, не является всеобщим и необходимым, но индивидуальным и произвольным, постольку способность к практическим суждениям должна быть частью практического разума. От него, согласно Фоме, ничего больше не требуется. Стандарт в сфере индивидуальных и произвольных практических суждений только тогда будет уместным, когда он основывается на существующем состоянии дел. Другими словами, методологические средства практического разума должны отвечать рассматриваемой ситуации. Вследствие этого мы обладаем различными методами для различных ситуаций. Причем не все методы должны быть одинаково строгими. Таким образом, Фома выражает достаточно нюансированную точку зрения на то, что является адекватными критериями в этических и политических вопросах.

Для Фомы разум является посредником между всеобщими законами и человеческим поведением [ср. со стоиками]. Это благодаря разуму мы сами, добровольно, подчиняемся закону. Поэтому только рациональные создания являются настоящими субъектами закона и, строго говоря, только те рациональные создания, которые действительно обладают разумом. Таким образом, применение правителями власти и наказания оправдано, когда человек не считается с законом. Преступники должны быть принуждены силой к законопослушному поведению, чтобы они не смогли нанести ущерб ни себе, ни другим. Фундаментальная цель закона состоит в том, чтобы избегать причинения вреда.

Однако, кроме этой цели, есть еще задача позитивной реализации благой жизни. Здесь необходимо руководствоваться добродетелями, а не только законами. Наряду с классическими добродетелями (мудрость, справедливость, мужество, умеренность и т. п.). Фома оперирует и с христианскими добродетелями — верой, надеждой и любовью. Но высшей добродетелью, которую мораль и право только подготавливают, является спасение.

Фома является умеренным папистом во взглядах на взаимоотношение государства (regnum) и церкви (sacerdotium). Он полагает, что церковь выше государства и что папа может отлучать от Церкви правителя-тирана. В то же время Фома разделяет учение Геласия о двух властях и не считает, что моральное превосходство церкви должно развиться в юридическое верховенство. Будучи аристотелианцем, он смотрит на общество как на нечто естественно данное. Поэтому в государственных делах нет необходимости в церковном руководстве. В то же время отсутствует абсолютная граница между обществом (разумом) и христианством (верой). Духовные и земные задачи в определенной мере переплетаются друг с другом.

philosophica.ru

1.Учение Фомы Аквинского о государстве и праве

Вершины могущества как в политической, так и в духовной жизни средневековой Европы папство достигло в XIII в. Тогда же завершилось создание системы схоластики – католицистской теологии, ориентированной на оправдание постулатов веры средствами человеческого разума. В ее построении чрезвычайно большую роль сыграл доминиканский монах, ученый-богослов Фома Аквинский (Аквинат) (1225–1274), чьи сочинения явились своего рода энциклопедией официальной церковной идеологии Средних веков. Наряду с массой других предметов, трактуемых в этих сочинениях, Аквинат касается, конечно, и вопросов государства, закона, права. О них. речь идет в труде «О правлении властителей» (1265–1266), в произведении «Сумма теологии» (1266–1274) и в иных работах.

В своих сочинениях ученый-богослов пытается приспособить взгляды Аристотеля к догматам католической церкви и таким путем еще более укрепить ее позиции. Представления Фомы Аквинского о государстве – первая попытка развить христианскую доктрину государства на базе аристотелевской «Политики» (кстати говоря, переведенной на латинский язык и тем самым вошедшей в научный оборот лишь в конце 1250-х гг.).

От Аристотеля Аквинат перенял мысль о том, что человек по природе есть «животное общительное и политическое». В людях изначально заложено стремление объединиться и жить в государстве, ибо индивид в одиночку удовлетворить свои потребности не может. По этой естественной причине и возникает политическая общность (государство). Процедура же учреждения государственности аналогична процессу сотворения мира богом. При акте творения сперва появляются вещи как таковые, потом следует их дифференциация сообразно функциям, которые они выполняют в границах внутренне расчлененного миропорядка. Деятельность монарха схожа с активностью бога. Прежде чем приступить к руководству миром бог вносит в него стройность и организованность. Так и монарх первым делом учреждает и устраивает государство, а затем начинает управлять им.

Цель государственности – «общее благо», обеспечение условий для достойной, разумной жизни. По мнению Аквината, реализация данной цели предполагает сохранение феодально-сословной иерархии, исключение из сферы политики земледельцев, мелких ремесленников и торговцев, соблюдение всеми предписанного богом долга повиноваться правителям, олицетворяющим собою государство.

Защита интересов папства и устоев феодализма методами схоластики порождала определенные трудности. Например, логическое толкование тезиса «всякая власть от Бога» допускало возможность абсолютного права светских феодалов (королей, князей и др.) на управление государством, т. е. позволяло обращать этот тезис против политических амбиций римско-католической церкви. Стремясь подвести базу под вмешательство клира в дела государства и доказать превосходство духовной власти над светской, Аквинат ввел различение трех следующих моментов (элементов) государственной власти: 1) сущности, 2) формы (происхождения), 3) использования.

Сущность власти – это порядок отношений господства и подчинения, при котором воля лиц, находящихся наверху человеческой иерархии, движет низшими слоями населения. Данный порядок заведен богом. Таким образом, по своей исконной сути власть есть установление божественное. Потому она неизменно добро, всегда нечто хорошее, благое. Конкретные же способы ее происхождения (точнее, завладения ею), те или иные формы ее конституирования, устройства могут иногда являться дурными, несправедливыми. Не исключает Аквинат и ситуаций, при которых пользование государственной властью и вырождается в злоупотребление ею. Стало быть, второй и третий элементы власти в государстве подчас оказываются лишенными печати божественности. Это случается тогда, когда правитель либо приходит к кормилу власти при по мощи неправедных средств, либо властвует несправедливо. И то и другое – результат нарушения заветов бога, велений римско-католической церкви как единственной власти на земле, представляющей волю Христа.

Насколько действия правителя отклоняются от воли божьей, насколько они противоречат интересам церкви, настолько подданные вправе, с точки зрения Аквината, оказывать этим действиям сопротивление. Правитель, который властвует вопреки законам бога и основоположениям морали, который превышает свою компетенцию, вторгаясь, например, в область духовной жизни людей или облагая их чрезмерно тяжелыми налогами, – тот правитель превращается в тирана. Так как тиран печется только о своей выгоде и не хочет знать общей пользы, попирает законы и справедливость, народ (в понимании Фомы Аквинского) может восстать и свергнуть его. Однако окончательное решение вопроса о допустимости крайних методов борьбы с тиранией принадлежит, по общему правилу, церкви, папству.

Тиранию Аквинат отграничивал от. монархии, которую оценивал как лучшую форму правления. Причем он выделял две разновидности монархического устройства – абсолютную монархию и монархию политическую. В сравнении с первой вторая, на взгляд Аквината, обладает рядом несомненных преимуществ. В ней весомую роль играют крупные феодалы (светские и духовные, «князья церкви»). Власть государей тут зависит от закона и не выходит за его рамки.

Аквинат широко применял категорию «закон» для объяснения различных явлений, свойственных политически оформленному обществу. Он разработал особую теорию закона.

Согласно Фоме Аквинскому, все законы связаны между собой нитями субординации. Пирамиду законов венчает вечный закон – универсальные нормы, общие принципы божественного разума, управляющего вселенной. Вечный закон заключен в боге, тождествен ему; он существует сам по себе, и от него производны иные виды законов. Прежде всего – естественный закон, который есть не что иное, как отражение вечного закона в человеческом разуме, в сознании мыслящих существ. Естественный закон предписывает стремиться к самосохранению и продолжению рода, обязывает искать истину (бога) и уважать достоинство людей.

Конкретизацией естественного закона служит человеческий (позитивный) закон. Его предназначение – силой и страхом принуждать людей (создания по природе несовершенные) избегать зла и достигать добродетели. В отличие от закона естественного человеческий (позитивный) закон есть императив с меняющимся содержанием. При этом Фома Аквинский отрицал значение человеческого (позитивного) закона именно как закона за теми актами светской власти, которые противоречили предписаниям закона естественного. Для него не являлись законами установления, шедшие вразрез с потребностями самосохранения, семейной жизни и воспитания, поиска истины (бога) и общения, достойного людей.

Наконец, еще один вид закона – божественный. Он дан в Библии и необходим по двумя причинам. Во-первых, человеческий (позитивный) закон не способен полностью истребить зло. Во-вторых, из-за несовершенства человеческого разума люди сами не могут прийти к единому представлению о правде; помочь им достичь его и призвано такое авторитетнейшее в глазах христиан руководство, как Библия.

На фундаменте этики Аквинат построил и концепцию права. Для него оно было прежде всего сферой правды, справедливости. Вслед за римскими юристами он считал справедливостью постоянное стремление воздавать каждому свое. Действие, воплощающее подобное стремление и уравненное с другим действием, есть право. Уравнивание двух этих действий, происходящее на основе их внутренней природы, дает естественное право. Если уравнивание совершается в соответствии с человеческими установлениями, то имеет место право позитивное. Как в своей теории закона, так и в концепции права Фома настойчиво проводил мысль: правовым (вернее, позитивно-правовым) человеческое установление является только тогда, когда оно не противоречит естественному праву.

Фома Аквинский – незаурядный и воинствующий защитник папства. Особенно яростно обрушивался он на еретиков, призывая власти безжалостно расправляться с ними. «Извращать религию, от которой зависит жизнь вечная, гораздо более тяжкое преступление, чем подделывать монету, которая служит для удовлетворения потребностей временной жизни. Следовательно, если фальшивомонетчиков, как и других злодеев, светские государи справедливо наказывают смертью, еще справедливее казнить еретиков, коль скоро они уличены в ереси. «

Усердие Фомы Аквинского было оценено римско-католической церковью, присвоившей ему титул «ангельского доктора». В 1323 г . его причисляют к лику святых, а в 1879 г . схоластическая система Фомы объявляется папой Львом XIII «единственно истинной философией католицизма». Это кладет начало неотомизму.

bibliotekar.ru

1. Право и закон в учении Фомы Аквинского

Значительные усилия по обработке предшествующих философских и политико-правовых идей (и особенно уче­ния Аристотеля) в духе христианской теологии были предприняты Фомой Аквинским (1225/1226—1274 гг.), наиболее крупным авторитетом средневекового богословия и схоластики, с чьим именем связано влиятельное до на­стоящего времени идейное течение — томизм (в обновлен­ном виде — неотомизм).

Много внимания в его учении3 уделено также и про­блематике права и закона, которую Фома Аквинский трактует в свете теологических представлений о месте и назначении человека в божественном миропорядке, о ха­рактере и смысле человеческих действий. Освещая эти вопросы, он постоянно апеллирует к теологически моди­фицируемым положениям аристотелевского телеологизма (о целевой трактовке действий, субординации целей в свете и в перспективе конечной цели и т. д.).

2 Подробнее о средневековых правовых воззрениях см.: Гуре-

вич А. Я. Проблемы генезиса феодализма в Западной Европе.

М., 1970, с. 83—116; Он же. Категории средневековой культуры.

М., 1972, с. 139-191.

3 См. Подробнее: Редкий П. Г. Энциклопедия юридических и по­

литических наук. СПб., 1873, с. 809—858; История политических

учений. М., 1960, с. 120—123 (автор раздела П. Н. Галанза); По­

литические учения: История и современность. Домарксистская

политическая мысль. М., 1976, с. 191—203 (автор раздела

П. С. Грацианский); Боргош Ю. Фома Аквинский. М., 1975; Ан­

тология мировой философии. М., 1969, т. 1, ч. 2, с. 823—862.

В дальнейшем положения из работ Фомы Аквинского приводят­

ся в переводе, содержащемся в названных источниках.

Согласно Фоме Аквинскому, «человек соотнесен с бо­гом как с некоторой своей целью» (Summa theologiae, I, q. 1, lc). Одновременно бог, по трактовке Фомы,— первопричина всего, в том числе человеческого бытия и человеческих действий.

Вместе с тем человек — существо разумное и обладаю­щее свободной волей, причем разум (интеллектуальные способности) является корнем всякой свободы. Нельзя, полагает Фома, желать того, что до этого не было познано. По порядку природы (а не во временном плане) интел­лект первичнее воли, предшествует ей. «Именно в этом смысле интеллект опережает волю так, как причина дви­жения предшествует предмету, находящемуся в движе­нии, или как активное первенствует перед пассивным, ибо добро, познанное интеллектом, движет волю» (Summa contra gentiles, I, q. 83, 3ad 2) 4.

Связь интеллекта и воли конкретизируется в трактов­ке Фомы указанием (в духе аристотелевской филосо­фии) на наличие двоякого рода разума — теоретическо­го (спекулятивного) разума, осуществляющего познание, и практического разума, который па основании познан­ного руководит практическими действиями и направляет свободную волю к реализации добродетелей (в том числе и справедливости). Разумное действование, по концепции Фомы, предполагает такую свободную волю, которая, опираясь на разум и познание, тем самым направлена на осуществление определенных, божественно предопреде­ленных целей добра и блага. Закон и понимается Фомой как правило следования божественной цели, надлежащий порядок ее реализации (в природе и человеческом сооб­ществе) .

Свобода человека, свобода его воли оказывается в трактовке Фомы проявлением меры разумности челове­ка, меры познанности им высших (божественных) целей своего бытия и действования в соответствии с пеобходи-

4 Ю. Боргош, сравнивая этический интеллектуализм (примат ин­теллекта над волей) Фомы с подходом Августина (приоритет воли и чувств над интеллектом, который можно, видимо, обо­значить как концепцию волевой, волюнтаристской этики чело­веческого поведения), справедливо отмечает, что взгляд Фомы («достаточно иметь подлинное зпанио о добро и зле, чтобы по­ступать морально») «несколько напоминает точку зрения Сокра­та», несмотря на существенные различия в их позициях (Бор­гош Ю. Указ. соч., с. 115—116).

иъпщ правилами, диктуемыми этими целями и вытекаю­щими из них.

В этом вопросе позиция Фомы заметно отличается от воззрений такого столпа христианского вероучения, как Августин, который, признавая свободу воли, трактовал ее как начало зла, проявление греховности человека, сви­детельство того, что человек отпал от бога и «живет сам во себе, т. е. по человеку», а «не по богу» (О граде божием, XIV, 4). Именно в таком негативном смысле го­сударство и человеческие установления в целом (т. е. греховный «земной град» в противопоставлении церкви и грядущему «небесному граду») предстают в оценке Ав­густина как воплощение свободной воли.

Согласно же концепции Фомы, свободная воля — это добрая воля. Он считает свободу человеческой воли и дей-ствование по свободной воле проявлением должной пря­моты воли по отношению к божественным целям, осу­ществлением разумности, справедливости и добра в зем­ной жизни, соблюдением божественного по своим перво-истокам закона, определяющего необходимый порядок ми­роздания и человеческого общежития. В свете такой раз­виваемой Фомой теологической концепции взаимосвязи свободы и необходимости — взаимосвязи, опосредуемой по­знающим и определяющим практическое поведение лю­дей разумом,— свобода предстает как действование в соответствии с разумно познанной необходимостью, выте­кающей из божественного статуса, характера и целей мироздания и обусловленных этим законов (целеобуслов-ленных, целенаправленных и целереализующих пра­вил) 5.

В концепции Фомы речь идет об относительной, тео­логически ограниченной свободе человеческой воли, по­скольку эта свобода, во-первых, имеет теистический (бо­жественный) источник и, следовательно, носит теоном-ный, а не автономно-человеческий характер, а во-вто­рых, не все божественное доступно человеческому разуму (для постижения многого нужна божественная милость и благодать, вера в откровение и т. д.), так что мера разумного и свободного в человеческих поступках и дейст-

5 В дальнейшем идея взаимосвязи свободы и необходимости с ан­титеологических позиции разрабатывалась целым рядом мысли­телей, в том числе Спинозой и Гегелем.

виях ограниченна (в различной степени и у разных лю­дей) и в этом плане.

По поводу слов апостола («не является делом того, кто хочет,— именно хотеть либо того, кто бежит,— именно бе­жать») Фома замечает, что «свободное решение об этом недостаточно, если его не приводит в движение и не поддерживает бог» (Summa theologiae, I, q. 83, lad 2). Это суждение Фомы не совсем соответствует его исход­ным положениям, согласно которым «свободное реше­ние» уже подразумевает наличие божественной поддерж­ки, если, конечно, речь не идет о том специально выделя­емом Фомой случае, который обозначается им как божест­венное «отвержение»: «есть люди, которых бог отвергает» (Summa theologiae, I, q. 23, Зс). Но к такому случаю н вовсе не подходит представление о «свободном решении».

По сути дела Фома в приведенных комментариях к словам апостола, как и в иных местах своего учения, при­знает свободу воли в ее теологически предопределенных, ограниченных пределах. В связи с приведенными коммен­тариями Фомы Ю. Боргош пишет: «Оказывается, таким образом, что в томистской моральной доктрине нет места свободной воле. Однако Фома упорно повторяет, что че­ловеку присуща воля, ибо в противном случае напрасны были бы советы и напоминания, повеления и запреты, на­казания и поощрения. Здесь обнаруживается противоре­чие, причем противоречие весьма существенное» 6.

На наш взгляд, подобная интерпретация позиции Фо­мы как противоречивой вряд ли обоснована, поскольку он в рамках своей теологической концепции свободной воли в принципе как раз весьма последователен, так что с атеистических позиций, скорее, адекватно критиковать его за последовательный теизм, нежели за непоследова­тельности в проведении этого принципа в вопросе о свободе воли.

Так, стремясь показать противоречивость концепции Фомы, Боргош пишет: «Согласно Аквинату и всей като­лической этике, человек заслуживает осуждения за не-моралыгый поступок. Но плохой поступок также основы­вается на свободном решении и не может быть совершен без поддержки бога. Поэтому бог в первую очередь и за­служивает адских мук»7. Данный силлогизм не выдер-

8 Боргош Ю. Указ. соч., с. 119. 7 Там же.

ж критики, и прежде всего потому, что его вторая

посылка не соответствует позиции Фомы, согласно кото­рому, как это мы уже отмечали, плохой поступок никак нельзя считать основанным на свободном решении, поль­зующемся поддержкой бога и, следовательно, влекущем его ответственность.

Считая бога первопричиной (и одновременно конечной целью) добра (и, следовательно, разумных и свободных действий), Фома в то же время прилагает много усилий для доказательства того, что бог не является первоисто-ком зла. С этой целью он развивает тезис о том, что «нет единого первичного начала зла в том смысле, в котором ость единое первичное начало блага» (Summa theologiae, I, q. 49, Зс). Ничто, говорит он, по своей сущности не мо­жет быть злом. Все сущее есть благо, а зло существует лишь в благе как своем субстрате. Зло всегда умаляет благо, однако никогда не может его полностью уничто­жить. Постоянное бытие блага н означает, согласно Фоме, невозможность высшего, целокупного, совершенного зла.

Отвергая представление о боге как первоисточнике зла и в то же время не желая умалить роль бога путем от­несения зла к власти сатаны, Фома посредством трактов­ки зла в качестве момента (акциденции) блага в конеч­ном счете оставляет зло в сфере влияния (косвенного и опосредованного) бога.

Бог, согласно Фоме, является первопричиной всех ве­щей как их образец. Он «есть первая причина, приводя­щая в движение как естественные причины, так и при­чины доброй воли. Подобно тому как, приводя в движение естественные причины, он не вызывает того, чтобы их акты утратили естественный характер, точно так же со­общая движение причинам доброй воли, он не ликвиди­рует добровольности вызываемых ими действий, а, ско­рее, вызывает в них эту добровольность, ибо бог в каж­дой вещи действует в соответствии с ее особенностью» (Summa theologiae, I, q. 83, 1 ad 3). Зло, по концепции Фомы, следствие несовершенства (по сравнению с богом как первопричиной и образцом) природы и человека, проявление недостатка добра и вообще божественного на­чала в естественных процессах и человеческих делах. Причины зла в природе и в человеческом поведении раз­личны. «Зло,— пишет Фома,— по-разному имеет причины недостаточности в вещах произвольных, с одной стороны, и природных — с другой» (Summa theologiae, I, q. 49,

2ad 3). Зло, производимое природной причиной,— следст­вие божественно предопределенной недостаточности при­роды и акцидентально обусловленной этим порчи вещей» (Summa theologiae, I, q. 49, 2c). Причем, подобная пор­ча некоторых вещей выступает в качестве необходимого момента провиденциальной заботы бога о «благе цело-купного миропорядка».

Поясняя своеобразие проявления зла в человеческих делах и касаясь в этой связи проблем воли и вины, Фо­ма пишет: «Но в вещах произвольных недостаток дейст­вия проистекает из актуально несовершенной воли в той мере, в какой последняя актуально оказывает неповино­вение стоящему над ней правилу. Такого рода несовер­шенство еще не есть вина, но за ним следует вина, про­истекающая из тех действований, которые осуществляют­ся в состоянии этого несовершенства» (Summa theologiae, I, q. 49, 1 ad 3). Поскольку бог трактуется Фомой как высшее совершенство, постольку зло, состоящее в несо­вершенстве действования или проистекающее от несовер­шенного действования, имеет свою причину в несовер-шепстве именно человека как действующего лица, но ни­как не бога.

Приведенные представления Фомы (о свободной воле, добре и зле, несовершенстве человека и человеческих дей­ствий, божественно предопределенных правилах и винов­ном их нарушении) имеют существенное значение для понимания его взглядов на право и закон. Это обстоятель­ство отчетливо видно из тех определений закона и права, которые обосновываются Фомой.

«Закон,— пишет он,— есть известпое правило и мери­ло действий, которым кто-либо побуждается к действию или воздерживается от него» (Summa theologiae, I, q. 90). Сущность закона оп усматривает в упорядочении челове­ческой жизни и деятельности под углом зрения блажен­ства как конечной цели. Конкретизируя свою характери­стику закона как общего правила, Фома подчеркивает, что закон должен выражать общее благо всех членов общества и должен устанавливаться всем обществом (или непосредственно самим обществом, или теми, кому оно доверило попечение о себе). Кроме того, к существен­ной характеристике закона Фома относит и необходимость его обнародования, без чего невозможно само его действие в качестве правила и мерила человеческого поведения.

Свои общие характеристики закона Фома суммирует в

дя определении: «Закон есть известное установ­ление разума для общего блага, обнародованное теми, кто имеет попечение об обществе» (Siimma theologiae, I, q. 90).

Классификация законов, обосновываемая в учении Фомы, такова:

1) вечный закон (lex aeterna), 2) естественный закон (lex naturalis), 3) человеческий закон (lex hnraana) и 4) божественный закон (lex divina).

Вечный закон представляет собой всеобщий закон ми­ропорядка, выражающий божественный разум в качестве верховного общемирового направляющего начала, абсо­лютного правила и принципа, который управляет всеоб­щей связью явлений в мироздании (включая естествен­ные и общественные процессы) и обеспечивает их целе­направленное развитие.

Вечный закон как закон всеобщий является источни­ком всех других законов, носящих особенный, более част­ный характер. Непосредственным проявлением этого закона выступает естественный закон, согласно которому вся богосотворенная природа и природные существа (в том числе и человек) в силу прирожденно присущих им свойств движутся (влекутся) к реализации целей, пред­определенных и обусловленных правилами (т. е. зако­ном) их природы.

Смысл естественного закона для человека как особо­го существа, одаренного богом душой и разумом (при­рожденным, естественным светом разумения и познания), состоит в том, что человек по самой своей природе на­делен способностью различать добро и зло, причастен к Добру и склонен к действиям и поступкам свободной воли, направленной к осуществлению добра как цели. Это озна­чает, что в сфере практического поведения человека (в области практического разума, требующего делать добро и избегать зла) действуют правила и веления, естественно определяющие порядок человеческих взаимоотношений в силу прирожденных влечений, инстинктов и склонностей (к самосохранению, браку и деторождению, к общежи­тию, богопознанию и т. д.).

Поскольку же человек — разумное природное сущест­во, постольку (в меру разумности человека) веления при­роды действуют применительно к его поведению в качест­ве правил (естественного закона) лишь в опосредованном свете того разума (естественного света), которым чело-

век наделен тоже естественно. Следовательно, действовать по естественному закону — это, согласно концепции Фо­мы, означает вместе с тем требование действовать по ве­лению и указанию человеческого разума.

Различие в естественных (физических, эмоциональных и интеллектуальных) свойствах и качествах разных лю­дей, разнообразие жизненных обстоятельств и т. п. при­водят к неодинаковому пониманию и применению требо­ваний естественного закона, к различному отношению к ним. Обусловленная этим неопределенность, которая свя­зана с неконкретизированностью велений естественного закона, противоречит их общеобязательному и по сути своей единому для всех людей характеру и смыслу. От­сюда, т. е. из существа самого естественного закона, вы­текает необходимость человеческого закона, который — с учетом потребности в определенности и дисциплине в человеческих отношениях к правилам и принципам есте­ственного закона берет их под защиту и конкретизирует их применительно к разнообразным обстоятельствам и частностям человеческой жизни.

Человеческий закон в трактовке Фомы — это положи­тельный закон, снабженный принудительной санкцией против его нарушений8. Совершенные и добродетельные люди, замечает он, могут обходиться и без человеческого закона, для них достаточно и естественного закона. Но чтобы обезвредить людей порочных и неподдающихся убеждениям и наставлениям, необходимы страх наказания и принуждение. Благодаря этому в людях развиваются прирожденные нравственные свойства и задатки. Под влиянием страха и принуждения люди приучаются к воз­держанию от нарушения чужого покоя и совершения злых поступков и постепенно исправляются, преодолевая пороки и приобретая добродетельные привычки. Принуж­дение, таким образом, в трактовке Фомы выступает не только в виде средства наказания за нарушения закона, но и в качестве необходимого воспитательного (и пере­воспитательного) фактора для дисциплинирования людей и формирования у них надлежащих нравственных ка­честв, прочной привычки действовать разумно, по свобод­ной (т. е. доброй) воле.

8 К положительному закону, по концепции Фомы, относятся и пра­вила обычного права (устоявшиеся правила человеческих отно­шений и действий, получившие всеобщее признание и защиту).

Человеческим (положительным) законом, согласно учению Фомы, являются только те человеческие уста-‘ новления, которые соответствуют естественному закону (велениям физической и нравственной природы челове­ка), иначе эти установления не закон, а лишь искажение закона и отклонение от него. С этим связано раз­личение Фомой справедливого и несправедливого челове­ческого (позитивного) закона. Соответствие человеческо­го закона естественному (а через него — и вечному) за­кону включает в себя его нравственный характер (не только в оценочном, по и в собственно содержательном плане).

Цель человеческого закона — общее благо людей, по­этому законом являются лишь те установления, которые, с одной стороны, имеют в виду это общее благо и исхо­дят из него, а с другой стороны, регламентируют чело­веческое поведение лишь в его связи и соотнесенности с общим благом. Иначе говоря, в трактовке Фомы формаль­ный момент — всеобщность и общеобязательность поло­жительного закона — опирается на момент содержатель­но-всеобщий, состоящий в обосновании принципа общего блага всех людей в качестве необходимого (конституиру­ющего) признака и качества положительного закона.

Из соответствия человеческого закона естественному вытекает также необходимость установления в положи­тельном законе лишь реально выполнимых требований, соблюдение которых посильно для обыкновенных, несо­вершенных в своем большинстве, людей. Закон положи­тельный должен брать людей такими, каковы они есть (с их недостатками и слабостями), не предъявляя чрезмер­ных требований (в виде, например, запрещения всех по­роков и всего зла).

С этим связана и одинаковость (равенство) требований, предъявляемых положительным законом в видах общего блага ко всем людям (равенство тягот, повинностей и т. д.). Всеобщность закона, таким образом, подразу­мевает момент равенства, в данном случае в виде приме­нения равной меры и одинакового масштаба требований ко всем.

Положительный закон, кроме того, должен быть уста­новлен надлежащей инстанцией (в пределах ее правомо­чий, без превышения власти) и обнародован.

Только наличие у человеческих установлений всех этих свойств и признаков делает их положительным за-

коном, обязательным для людей. В противном случае речь идет о несправедливых законах, которые, по оценке Фо­мы, не будучи собственно законами, не обязательны для людей.

Фома различает два вида несправедливых законов. Не­справедливые законы первого вида (в них отсутствуют те или иные обязательные признаки закона, например, вме­сто общего блага имеет место частное благо законодате­ля, превышение им своих правомочий и т. д.) хотя и не обязательны для подданных, но их соблюдение не запре­щается (в видах общего спокойствия и нежелательности культивировать привычку не соблюдать закон).

Ко второму виду несправедливых законов относятся те, что противоречат божественным законам. Такие законы не только не обязательны, но и не должны соблюдаться и исполняться.

Под божественным законом имеется в виду закон (правила поведения), данный людям в божественном откровении (в Ветхом и Новом завете). При обосновании необходимости божественного закона Фома указывает на ряд причин, требующих дополнения человеческих уста­новлений божественными.

Во-первых, божественный закон необходим для указа­ния на конечные цели человеческого бытия, постижение которых превышает собственные ограниченные возмож­ности человека. Во-вторых, божественный закон необхо­дим в качестве высшего и безусловного критерия, кото­рым следует руководствоваться при неизбежных (для не­совершенных людей) спорах и разнотолках о должном и справедливом, о многочисленных человеческих законах, их достоинствах и недостатках, путях их исправления.

В-третьих, божественный закон нужен для того, что­бы направлять внутренние (душевные) движения, кото­рые целиком остаются вне сферы воздействия человече­ского закона, регулирующего лишь внешние действия человека. Этот важнейший принцип позитивно-правового регулирования Фома весьма последовательно обосновы­вает и проводит во всем своем учении о праве и законе.

И, в-четвертых, божественный закон необходим для искоренения всего злого и греховного, в том числе всего того, что не может быть запрещено человеческим законом.

Таковы вкратце воззрения Фомы о законе (lex) (его видах, свойствах и т. д.), которые не следует смешивать и отождествлять с его взглядами на право (jus).

Право — это, согласно Фоме, действие справедливости в божественном порядке человеческого общежития. Спра­ведливость (justitia) — одна из этических добродетелей, которая имеет в виду отношение человека не к самому себе, а к другим людям и состоит в воздаянии каждому своего, ему принадлежащего. Фома соглашается с утвер­ждением Ульпиана о том, что «справедливость есть неиз­менная и постоянная воля предоставлять каждому свое». Разделяет он и положение Аристотеля о двух видах спра­ведливости — уравнивающей и распределяющей.

В соответствии с этим право (понимаемое также как праведное и справедливое) характеризуется Фомой как известное действие, уравненное в отношении к другому человеку в силу определенного способа уравнения. При уравнении по природе вещей речь идет о естественном праве (jus naturae), при уравнении по человеческому волеустановлению — о цивильном, положительном праве (jus civile).

Право, устанавливаемое человеческой волей (или че­ловеческим законом), Фома называет также человече­ским правом (jus humanum). Закон, таким образом, игра­ет здесь правоустанавливающую роль и выступает в ка­честве источника права. Но важно иметь в виду, что, согласно учению Фомы, человеческая воля (и волеизъяв­ление) может сделать правом (и правыми) лишь то, что соответствует (не противоречит) естественному праву.

Естественное право в трактовке Фомы, как и у Уль­пиана, является общим для всех живых существ (живот­ных и людей). Относящееся к человеку естественное право Фома считает правом народов (jus gentium).

Кроме того, Фома выделяет божественное право (jus divinum), которое, в свою очередь, делится на естествен­ное божественное право (непосредственные выводы и? естественного закона) и позитивное божественное право (например, право, данное богом еврейскому народу).

В конкретно-исторических условиях средневекового феодального общества, в обстановке борьбы между свет­ской властью и церковью за влияние в делах социально-политических и духовных учение Фомы Ливийского (в том числе и его воззрения о праве и законе) было направ­лено па укрепление позиций римской католической церк­ви в иерархической структуре феодального строя, на обоснование и усиление господствующего теологического мировоззрения.

Важным аспектом идейно-теоретического оправдания существовавших порядков была интерпретация взглядов античных классиков философской и политико-правовой мысли (особенно Аристотеля) в духе христианского бого­словия и схоластики. Существенное внимание при этом было уделено теологической трактовке права и закона, пронизанной идеей божественной предопределенности и освященности правовых представлений и отношений.

Последовательная теологическая обработка Фомой Лквинским основных проблем права и закона обеспечила его концепции тот высокий авторитет среди идеологов католицизма, который простирается через все средневе­ковье и тянется до современного неотомизма в праве и ре­лигиозных доктрин возрожденного естественного права (Ж. Дабен, Ж. Маритэн, Г. Роммен, Л. Сичес, А. Фер-дросс и др.) 9.

Для всего этого направления принципиально общим является следующее положение, ярко представленное уже в учении Фомы: теоретическая проблема соотноше­ния права и закона теологизируется в направлении по­иска божественных корней и первопричин позитивного законодательства, а естественное право в качестве про­межуточного звена, опосредующего взаимосвязь перво-истоков (божественное право) и последствий (позитивное право), неизбежно приобретает теономный характер.

www.pravo.vuzlib.su

Это интересно:

  • Заверение диплома нотариусом КОПИИ ДОКУМЕНТОВ Заверение копий документов - нотариальное действие, при совершении которого нотариус свидетельствует верность копий документов, а также выписок из них, не противоречащих законодательству РФ. Свидетельствование копий документов осуществляется нотариусом в […]
  • Питание по 333 приказу Приказ Минздрава СССР от 10 марта 1986 г. N 333 "Об улучшении организации лечебного питания в родильных домах (отделениях) и детских больницах (отделениях)" Приказ Минздрава СССР от 10 марта 1986 г. N 333"Об улучшении организации лечебного питания в родильных домах […]
  • Возросли полномочия Хоть права не расти. Регионам готовят правила временного изъятия полномочий Полномочия регионов можно будет передать на федеральный уровень, если это необходимо для безопасности, реализации международных обязательств или позволит сократить расходы бюджета. Такие поправки […]
  • Заморозить осаго Как заморозить ОСАГО ЛДПР возмущена принятым решением о росте тарифов на ОСАГО и предлагает Госдуме заморозить старые тарифы до 2017 года. С апреля базовые тарифы ОСАГО повысятся на 40%, а страховые компании имеют право увеличить тарифы еще на 20%, постановил Банк […]
  • Транспортный налог архангельск ставки Транспортный налог архангельск ставки Изменения ОСАГО. Приоритетной формой возмещения ущерба теперь будет восстановительный ремонт на станции технического обслуживания. Подробнее Плата налога и авансовых платежей по налогу производится налогоплательщиками в бюджет по месту […]
  • Налог на землю новые изменения Налог на землю в 2018 году — обзор изменений кадастровой стоимости В прошлом году в Российской Федерации был подписан закон, который коренным образом поменял порядок расчета налога на землю. Теперь, с 2018 года, налог на такое имущество, как земельные участки и прочая […]
  • Закон о нравственном воспитании Нравственное и патриотическое воспитание может стать элементом образовательного процесса Разработаны меры по обеспечению патриотического и нравственного воспитания детей и молодежи. Соответствующий законопроект 1 внесен в Госдуму членом Совета Федерации Сергеем […]
  • Отработка 2 недели при увольнении 2018 год Срок отработки при увольнении по собственному желанию Трудовое законодательство не позволяет просто взять и уйти с работы. О своем желании расторгнуть трудовой договор работник должен предупредить руководство заранее. Для чего нужно такое предупреждение и сколько […]